Случай из практики, или «Тупа нация»
Сейчас я редко бываю у моря — возраст. У сына — машина, но он всегда занят.
Правда, иногда заезжает за мной, и мы едем на девятую станцию Большого Фонтана, где с крутого обрыва видно море — великолепное при любой погоде. Садимся на скамейку, слушаем крики чаек и смотрим на горизонт. Сын, капитан дальнего плавания, думает о своем море, я — о своем: вспоминаю страны, в которых побывал, безумные штормы и случаи, запомнившиеся на всю жизнь.
Например, такой. Однажды теплоход «Аркадий Гайдар», на котором много лет работал старшим механиком, грузился в Канаде в порту Монреаля в порты Черного моря. Грузились под Новый год. Мороз в Монреале стоял 20°С, но канадцы ходили в легких куртках и без головных уборов — привыкли.
На центральной площади Монреаля возвышалась огромная елка, украшенная хрустальными игрушками от Swarovski, которые переливались всеми цветами радуги в лучах зимнего солнца. Кроме игрушек на елке были конвертики с записками Санта-Клаусу от детей, которые просили в следующем году исполнения различных желаний.
У нас в кают-компании тоже стояла елка. Ее привез обслуживающий судно агент. Елка была настоящая и пахла сосновыми лесами, которых в Канаде много. Елочных игрушек у нас не было, но электрики украсили ее электрической гирляндой, а моряки положили под елку записки Деду Морозу с пожеланиями счастливого возвращения домой, поскольку нас ждал переход через зимний Атлантический океан с оскалом пенистых штормовых волн.
За несколько дней до Нового года ко мне пришел старший механик хорватского судна. Оно стояло неподалеку от нас. Хорватский стармех пожаловался, что у него перестал работать паровой котел — не срабатывает автоматика, а на дворе — мороз, экипаж замерзает в своих каютах. Он спросил, есть ли у нас знающие ребята, чтобы разобрались в автоматике котла. При этом сказал, что судно они купили в Испании, и у него нет таких специалистов, которые могли бы запустить котел.
Я взял четвертого механика Костю Мачула, у которого в хозяйстве был такой котел, и электромеханика Федора Юзефовича. Ребята были выпускниками высшей мореходки и свое дело знали хорошо. Спустившись в машинное отделение хорватского судна, мои специалисты попросили схемы автоматики котла и, расстелив их в кочегарке, начали разбираться с проблемой, возникшей у хорватов. Ровно через час котел заработал. Подняли пар — в каюты пошло тепло.
На радости старший механик пригласил нас к себе. Когда мы к нему вошли — стол уже был накрыт. В углу каюты сидел пожилой мужчина и курил сигару.
Я спросил:
— Кто это?
Стармех махнул рукой:
— Испанец, гарантийный механик.
— А почему же он не мог запустить котел?
Хорват улыбнулся:
— «Тупа нация».
Мы выпили за Новый год, пожелали хорватам удачи и пошли к себе. А слова хорвата «тупа нация» вошли у нас в поговорку.
И если попадался к нам какой-то неумный, о нем говорили, что с него взять — «тупа нация».
